Общественная организация
Центр Чтения Красноярского края
Государственная универсальная научная библиотека Красноярского края
Главная Архив новостей Открытые книги Творческая мастерская Это интересно Юбилеи Литература Красноярья О нас Languages русский
Стихи рождаются от отчаяния перед бессилием слова, чтобы в конце концов склониться перед всесильем безмолвия
Октавио Пас
мексиканский переводчик, поэт и эссеист, Лауреат Нобелевской премии за 1990 год

Юбилеи



15 августа 2011г. исполняется 240 лет со дня рождения Вальтера Скотта (1771-1832) –
 
 
 
  ...Слава богу, что наши  мысли  скрыты  от  посторонних.  О,  если  бы, находясь в свете, мы могли видеть, что происходит в душе каждого,  мы  стали бы искать берлоги и пещеры, чтобы укрыться от людского общества! Видеть, как прожектер трясется, ожидая провала своих спекуляций, как сластолюбец  клянет свое последнее похождение, как скряга  изматывает  себе  душу  из-за  утраты гинеи, как все,  все  охвачены  суетными  надеждами  и  еще  более  суетными сожалениями! Нам не понадобилось бы идти в преисподнюю за  калифом  Ватеком, чтобы узреть, как сердца людей пылают за черной завесой. Боже, храни нас  от искушения, ибо никто из нас не может быть собственным пастырем!..
  
  
Вальтер Скотт. Из дневников
                Всемирно известного  шотландского  писателя, поэта и историка Вальтера Скотта по праву называют "отцом исторического романа", именно он установил законы жанра, процветающего  до сих пор. Подражания методу Вальтера Скотта  бесчисленны Его творчески использовали многие крупнейшие писатели :  Фенимор Купер в Америке, Манцони в Италии, Виктор Гюго во Франции  («Собор Парижской богоматери»),а  в России – А. С. Пушкин («Капитанская дочка») и Н. В. Гоголь («Тарас Бульба»).
              Одно из предисловий к роману «Айвенго» можно считать манифестом Вальтера Скотта-романиста: «Правда, <…> произвол [художника] всегда строго ограничен. Художник должен избегать всех тех красивых подробностей, которые не соответствуют климатическим или географическим особенностям изображаемого пейзажа: не следует сажать кипарисы на Меррейских островах или шотландские ели среди развалин Персеполиса; такого же рода ограничениям подлежит и писатель. Писатель может себе позволить обрисовать чувства и страсти своих героев гораздо подробнее, чем это имеет место в старинных хрониках, которым он подражает, но, как бы далеко он тут ни зашел, он не должен вводить ничего не соответствующего нравам эпохи; его рыцари, лорды, оруженосцы и иомены могут быть изображены более подробно и живо, нежели в сухом и жестком рассказе старинной иллюстрированной рукописи, но характер и внешнее обличье эпохи должны оставаться неприкосновенными; все эти фигуры должны остаться теми же, но только нарисованными более искусным карандашом или, чтобы быть скромнее, должны соответствовать требованиям эпохи с более развитым пониманием задач искусства. Язык не должен быть сплошь устарелым и неудобным, но он, по возможности, должен избегать оборотов явно новейшего происхождения. Одно дело - вводить в произведение слова и чувства, общие у нас с нашими предками, другое дело - наделять предков речью и чувствами, свойственными исключительно их потомкам. <…> Все, что я говорил о языке, тем более применимо для изображения чувств и нравов. Важнейшие человеческие страсти во всех своих проявлениях, а также и источники, которые их питают, общи для всех сословий, состояний, стран и эпох; отсюда с несомненностью следует, что хотя данное состояние общества влияет на мнения, образ мыслей и поступки людей, эти последние по самому своему существу чрезвычайно сходны между собой».

По материалам сайтов:
Lib.ru